Столичные власти в очередной раз подтвердили, что будут цепляться буквально за каждый метр городской земли в процессе ее передачи в частные руки. Пережив не без потерь -- как материальных, так и репутационных -- первые тяжбы с претендентами на в черте МКАД и прогнозируя еще множество конфликтов в связи с предстоящим оформлением в собственность ТСЖ землеотводов под многоквартирными , чиновники начали изобретать нормативные акты, которые смогут стать дополнительными аргументами в судах. Вчера московское правительство уже приняло специальное постановление, вводящее ряд ограничений на использование частниками , если таковые будут признаны «необходимыми для нужд общегородского значения». А как показал затянувшийся конфликт в Южном Бутове, признать стратегически необходимыми для развития города можно не только пустыри и лесополосы, но и давно обжитые территории. «Об обременениях земельных участков и ограничениях их использования в городе » даже в ходе обсуждения в мэрии вызвало нарекания, в том числе и у городских законодателей, однако глава департамента земельных ресурсов Виктор Дамурчиев уверял, что такой акт «нужен как хлеб». Именно этот документ, по его словам, «не позволит обезоружить городские , контролирующие землепользование», поскольку обяжет владельцев и арендаторов оформлять в столичном управлении Федеральной регистрационной службы и в «Роснедвижимости» не только свои права, но и ограничения на использование земли. В зависимости от потребностей столичных властей и типа, к которому будет отнесен тот или иной , предполагается ввести три основных вида ограничений. В частности, постановления предусматривает запрет приватизации, ограничение или изъятие из оборота земли, зарезервированной городским правительством. Это могут быть участки, оказавшиеся, например, на территории строящихся и проектируемых линий метро или технических зон строящихся и проектируемых объектов, земля в пределах историко-культурных, санитарно-защитных и особо охраняемых природных зон. Владельцы же участков, в границах которых расположены объекты культурного наследия, равно как и собственники или арендаторы земель природных зон могут быть «ограничены в ведении хозяйственной деятельности». Такими ограничениями могут быть запрет и реконструкции, обязательства по особому уходу за территорией. Кроме того, разработанный департаментом земельных ресурсов города документ обязывает собственников, землевладельцев и пользователей городской землей обеспечить «возможность прохода» через их территорию городских служб в случае необходимости ремонтных или проведения коммуникаций. В принципе подобные ограничения прав землепользователей и арендаторов, по словам г-на Дамурчиева, существовали и до сих пор. «Но они фигурировали лишь в основных условиях договоров, -- пояснил он, -- и легитимность подобных договорных обязательств была сомнительной». Именно это и послужило основанием многочисленных судебных разбирательств, в которых городу было сложно доказать свое приоритетное право на землю. «Поднимая» ограничительные нормы до уровня общегородского нормативного акта, чиновники надеются прибавить весомости своим заявлениям в дискуссиях, в том числе и судебных, с оппонентами. Однако ограничения в использовании явно не прибавят «весомости» стоимости земли. Пока из-за отсутствия в столице рынка купли- говорить о разнице цен на участки с обременением и без оного довольно сложно. Но по аналогии с рынком городской аренды земли можно судить, что подобные обременения правами третьего лица могут существенно сбить цену на участок. Как пояснили «Времени новостей» в Научно-практическом центре профессиональных оценщиков, сейчас стоимость права земельного в центре Москвы оценивается до 50 млн долл. за гектар, а такого же размера участка около МКАД -- до 300 тыс. долл. В случае же если власти накладывают на землю обременение, цена может упасть минимум в два раза, а порой -- и на порядок. Все зависит от того, какого рода ограничения прописаны в документах -- самым невыгодным с точки зрения столичных бизнесменов считается наличие высоковольтных линий электропередачи. Определять, какие именно должны быть отнесены к «публичным сервитутам» или зонам общего пользования, департамент ресурсов опять же предлагает постановлениями московского правительства, но после проведения общественных слушаний. Правда, г-ну Дамурчиеву пришлось признать, что механизм проведения подобных слушаний по вопросам и учета их результатов не прописан ни в федеральном, ни в муниципальном законодательстве. И, следовательно, легитимность их результатов может быть оспорена. Но даже этот вариант, не дающий стопроцентной гарантии от возможных судебных разбирательств, чиновников устраивает больше нынешнего status quo.